Три десятка лет минуло, как не стало Высоцкого. И все эти годы он песнями, а значит мыслями и душой, с нами. Вопреки всему, даже вопреки желанию от Высоцкого «отделаться». Грустно, но таково веление нашего времени, признак коего – коррупция душ. Отрадно, что коррупция эта охватила не всех. Когда умирает творец, нарастает стремление понять его дух, его творчество. Даже если… Нет: тем более, если всенародно признанного творца официально признали только после кончины. Случай Высоцкого.

Есть ли будущее у «бумажной» прессы? Этот вопрос обмусолили уже, наверное, все кто только смог – от журналистов и бюрократов – до простых пользователей Интернета. Аргументы сторон прозаичны до безобразия. Одни уверяют, что технологии (вроде электронной бумаги) и компьютерные сети просто съедят бумажные издания. Другие парируют: у традиционной газеты шансов выжить не меньше, чем у кинотеатров, которые хоронили, после появления телевидения. Ясно при этом одно – газетам надо меняться, как когда–то пришлось меняться синематогрофу. Ясно это всем. Кроме тех людей, которым необходимо реформироваться – местечковая пресса упорно не желает признавать, что на дворе двадцать первый век.

Большинство из нас если и слышало о них, то краем уха. Какие–то суды для несовершеннолетних… Ювенальными называются, кажется… Вроде бы ничего плохого… Пусть, конечно, с детьми разбираются специалисты. Что в этом плохого. А?.. Правозащитники же поумнее нас. Знают, что хотят, откаты отрабатывают, выгоду свою чуют за версту. Они настойчиво уговаривают наши власти принять законы о ювенальной юстиции, не слишком торопятся просветить нас на этот счет. Говорят только о некоей кардинальной перестройке работы с несовершеннолетними и о том, что все будет хорошо. А еще бодро кивают на Запад, но опять–таки стараются стыдливо свести конкретику к минимуму.